Дружок Навины

 

«Я натолкнулся на узко и глубоко посаженные глаза. Сверкнуло снизу, я направил туда взгляд: лезвие ножа. Я жил в Дели около двух месяцев. Приехал сменить одного сотрудника, его звали Глеб. Он встретил меня в аэропорту, привез в офис, где были и квартиры. Моя квартира была на шестом этаже. Окна выходили на кроны деревьев, вдалеке виднелись оранжево-бурые стены и огромный черный купол президентского дворца. За месяц я вошел в курс дела, переучился на левостороннее вождение и стал понимать индийский английский. Я познакомился с двумя девушками. Одну звали Садхана, она была из местного персонала. Другая приходила заниматься в нашу библиотеку. Там мы разговорились, потом подружились, она время от времени приходила ко мне в кабинет, и мы беседовали. Ее звали Навина. Ей было лет двадцать. Лицо выточено совершенным резцом. Когда я смотрел в ее зеленые глаза, мне казалось, она неземного происхождения. Однажды утром перед работой я стриг ногти на ногах и порезал большой палец правой ноги. Я залепил ранку пластырем и забыл о ней. Около пяти часов дня я сидел за столом, разбирая бумаги. Потемнело, я поднял голову: небо заволокло свинцовыми тучами. Вспыхнуло, засияло, раздался страшный треск, хлынул дождь. Дождь продолжался минут сорок. Я спустился вниз, вышел из здания: лужайка вокруг дома была под слоем воды. Пришли известия, что в городе местами наводнения. Я вижу, возвращается Садхана, лицо тревожное. Выяснилось, она не может добраться до своего дома. Транспорт встал. «Я отвезу тебя на моей «Тойоте», — сказал Глеб, — она высокая — проедем». Я поехал с ними. Ощущение — мы на лодке, дороги — реки. Под ближайшим мостом дорога пошла под уклон, мы погрузились по дверцы и встали. «Да, — сказал Глеб, — придется толкать. Давай». Мы закатали брюки, я погрузил ноги в грязную, черную воду. Вспомнил о ранке на пальце, охватили колебания. «Поздно» — подумал я, уперся в передок: мы хотели вытолкать машину назад в горку. С помощью двух индийцев сделали это. Долго мотор отказывался заводиться, наконец мы вернулись назад. Садхану в итоге отправили ночевать к тетке, которая жила рядом с офисом. На следующий день появилась пульсирующая боль в пальце. Я спустился в офис, стараясь не хромать. Послал за йодом. Пришла Навина: «Вы что-то кислый, что случилось?» — «Видать, инфекцию вчера занес. Пришлось машину выталкивать из воды. Ерунда, пройдет». Навина ушла. Вместо йода доставили синюю жидкость. Я мазал ею палец, это не помогало. Теперь по пальцу каждый удар сердца стучал молотком. Ночь провел без сна. Утром палец били кувалдой. На него было жутко смотреть. Он не влезал в ботинок. Я густо намазал его синим желе, замотал, надел чапали (открытые тапочки). Вновь пришла Навина: «Не проходит?» — «Нет. Надо к врачу, пусть его отрежут, — сказал я, — не могу больше». Она посмотрела на меня своими сияющими глазами, подошла близко-близко, так что у меня в груди возник жаркий вихрь, произнесла: «Я сама ничего не могу. Но я попрошу нашего семейного бога помочь тебе. Я сейчас». Она скрылась. Я был атеистом, усмехнулся, сел, поднял ногу повыше и стал думать, что делать. Вошла Навина, на лице — участие и торжественность, она прошептала: «Теперь все будет хорошо». Вышла. Я не верил ни одному ее слову. Положил ногу на стул, взял какое-то письмо и стал читать. Ровно через две строчки письмо уплыло из моих рук, голова рухнула на грудь, я провалился в сон. Спал не более пяти минут. Очнулся, потряс головой, увидел письмо на полу, поднял его и начал замечать изменения. В пальце все еще билась кровь, но я чувствовал, что от боли будто отнимается одна ее молекула, через секунду еще одна и еще. Так по невесомой крупице утихало биение, к концу дня опухоль спала. Палец еще болел, но я знал: хворь побеждена, все кончено. «Ну, вот подействовало, — сказал я сам себе, продолжая мазать палец синей краской. Мысль о боге ни разу не пришла мне в голову. Через месяц Навина пригласила меня к себе домой на семейный обед. Я по карте и с ее схемами с трудом нашел дорогу. Вся семья была в сборе: отец, мать, брат и две сестры. Она ввела меня в комнату, где был домашний алтарь, украшенный гирляндами из цветов и сандалового дерева. В чашах с рисом, еще чем-то красным, желтым, оранжевым дымились благовония. Меня кольнуло, я ощутил стыд. Пришло чувство, что я оказался неблагодарным. «Как имя бога?» — спросил я. Она произнесла длинное слово, которое я тут же забыл, было неловко переспросить. «А ты можешь передать ему мою благодарность?» — сказал я. «Конечно, — отвечала она с улыбкой, — но ты сам только что сделал это. Я вознесу молитву и поднесу дары». Мы отобедали, поболтали, в десять я простился. Навина вышла проводить, объяснила дорогу, потом шепотом и близко: «У тебя будет долгая жизнь и большие достижения, так мне передано». Я опять не верил, но было приятно. Я выехал и заблудился. Я не узнавал дорогу, по которой приехал: было темно. Полностью потерял ориентировку, ехал куда придется, на свет. Несмотря на то что сознание пугало перспективой заночевать в машине, внутри по неведомой причине я испытывал блаженство и радость. Я останавливался, спрашивал людей, они объясняли, я все понимал, но через минуту движения сбивался, спрашивал вновь, меня посылали обратно, и так без конца. Я бросил всякие попытки найти дорогу, ехал наугад, дивясь внутренней свободе, какой я наслаждался и какой никогда не знал. Наконец я увидел много света и огромную толпу народа. Это была странная улица. По ней будто шла демонстрация, или это напоминало переход на Кузнецком Мосту в час пик. Асбестовые лампы горели нестерпимо ярким огнем, как будто жгли магний. Улица состояла из лавчонок со всевозможной утварью: медные сосуды, чайники, подсвечники, одежда, сумки. Овощные, фруктовые развалы, тут же на жаровнях шипели блюда, отовсюду лился запах еды, пряностей, стоял шум, играла музыка, народ медленной рекой тек навстречу друг другу. Я влился в эту гущу и поплыл, завороженно глядя на чудесную, волшебную, непонятную жизнь. Улица разветвлялась на рукава поменьше, я брел как в гипнозе, и беспечное счастье толпы смешивалось с моим собственным. Вдруг я очутился в каком-то закутке, люди сзади, а я наткнулся на человека с дырками вместо глаз. Его лицо было злобным, он что-то выкрикнул хриплым, сдавленным голосом, и в руке у него был нож. Я ничего не предпринимал, я не верил, что это реальность, я продолжал свое блаженное течение, глядел на него с улыбкой. Мысль отделилась от моей головы: чудак, разве ты не знаешь, что у меня долгая и счастливая жизнь, — и я направил эту мысль прямо в черные дырки и, не дожидаясь реакции, спокойно повернулся и был втянут в плотную толпу тел, веселых, улыбчивых глаз и лиц. Женщины в разноцветных сари, с чувственными губами и яркими щеками, белозубые мужчины в белых шароварах расступились, приняли меня. Я передвигался вперед, потом так же медленно вернулся назад, нашел свою машину и поехал куда глаза глядят. Вдруг выскочил на знакомое место и через полчаса был дома».

Одна из фигур мистического покровительства и защиты похожа на призму — она в поле под средним пальцем (рис. 4, красный). Основание призмы квадрат — знак защитных функций.

Влидимир Финогеев

 

 

хиромантия, практика

 

ГЛАЗОК

Глазок - Владимир Финогеев - "7 дней"

Жена вышла из кухни в фартуке: «Ты куда?» - «В библиотеку». – «Зачем?» - «Ты знаешь, по вторникам я хожу в библиотеку». – «А сегодня вторник? – «Да». «Как быстро». Я пожал плечами и развернулся к выходу. «Не уходи».

 

ГЛАЗОК

Я обернулся: «Почему?» - «Мне страшно». – «Страшно?» - «Да?» - «Что случилось?» - «Днем, когда тебя не был, приходил мужчина». – «Какой мужчина?» - «Высокий, в черном костюме». Я шагнул к ней: «Я спрашиваю, кто он?» - «Не знаю». – «Ты что, впустила  его в дом?» - «Нет». – «тогда откуда ты знаешь?» - «Я смотрела в глазок». «В глазок?» - «Да». «Вы что, разговаривали через дверь?» - «Мы не разговаривали». – «Погоди, я не понимаю. Расскажи по порядку». – «Днем, когда тебя не было,  я сидела в кресле и читала Лонга. Потом я встала, подошла к двери и стала смотреть в глазок». Я перебил: «Как так? Почему ты вдруг встала и подошла к двери? Был шум? Ты услышала что-то?» - «Ничего». – «Тогда почему?» - «Не знаю. Мне почудилось, я должна была, я даже не думала об этом. Просто пошла и все. Все так делают. Да и ты, если вдруг чего-то захочется – делаешь». Я оборвал: «Что значит – делаю? Глупости. Ничего я не делаю. Я делаю то, что надо». – «Ну, я имела в виду читаешь ты или пишешь чего-нибудь, ты встаешь, подходишь к окну и смотришь. Ведь это не то, что надо делать. Ты просто делаешь, не отдавая отчета». – «Это другое», - сказал я. - «Так и я стала смотреть в глазок». – « И что?» - «Ничего». – «Подожди, но ты сказала, что там был мужчина». – «Нет, его там не было». – «Как не было?» - «Так – не было» - «Послушай, тогда зачем ты рассказываешь о мужчине, если его там не было?» - «Его не было, когда я подвела глаз к окуляру, его еще не было. Он еще не пришел». – «Не пришел?» – «Не пришел». «Так ты что знала, что он придет?» - «Нет». Во мне поднялась волна. Я посмотрел на часы: «Тогда почему ты сказала, что он еще не пришел? Ты должна была знать, что он придет, если ты говоришь так». – «Говорю тебе, я просто подошла и стояла, я не знала, зачем я это делаю. Я не никогда не делала так раньше. Понимаешь, я не знаю». – «Прости, - сказал я, - рассказывай дальше». «Ничего не происходило минуте две. Потом из-за перил вышел человек. Мужчина. Большой. В костюме и черной шляпе. Он остановился. Постоял. Огляделся по сторонам и пошел к нашей двери». – «Так». – «Я смотрела, как он приближается. Он наклонился, снял шляпу». – «Зачем? – спросил я, - Зачем он снял шляпу?» - «Это и мне показалось странным. Потом выяснилось». «Ну», - сказал я. «Он был все ближе, он наклонялся, он был высокий, он подсовывался к двери. Нос его стал вытягиваться». – «Нос? Вытягиваться, что ты говоришь?» И тут я увидела его огромный глаз. Он смотрел в глазок! На меня! Мне стало страшно». – «И что ты сделала?» - «Я быстро закрыла глазок ладонью. Руку жгло, как огнем». Жена подняла руку, раскрыла пальцы и показала на центр ладони. Я всматривался, будто ожидал увидеть ожог. Но, конечно, там ничего не  было. «Что потом?» - спросил я. «Я убрала руку и осторожно заглянула». – «И что?» - «Мужчина не смотрел. - «А что он делал?» - «Его там не было. Лестничная площадка была абсолютно пуста. Никого». Я шумно выдохнул: «Вот что я тебе скажу. Не обращай внимания. Все это ерунда. Не бойся. Мало ли кто ходит и из озорства пялится в чужие дверные глазки». Жена покачала головой: «Он знал, что я там. Что я за дверью. Хотя я стояла тихо и не дышала. Он знал». «Глупости, - я вложил в слово всю бодрость, какая была. Но по спине поехал холодный сквознячок. – Ерунда. Это от нервов все. Повышенная чувствительность и все. Ничего он не знал. Ну заглянул и заглянул. Дурачился и ничего более». Жена молчала. Но  я видел: она думает по-другому. Она сказала: «Я боюсь, он вернется, пока тебя нет». – «Ну хорошо, останусь, если так хочешь». «Извини, - казала она, - только сегодня». Я переминался с ноги на ногу и сел прямо в прихожей, и прошло пять минут. Мне стало хотеться заглянуть в глазок. Я крепился. «Чего тут быть, - сказала жена, - пойдем на кухню». Она скрылась в дверях. Я быстро  встал, сделал два бесшумных прыжка к двери и заглянул в глазок. Я не узнал того, что открылось мне: вместо площадки был длинный коридор. Потом дошло оптика. Я что-то почувствовал. Обернулся. Поймал тревожный взгляд жены. «Ну?» - спросила она. «Никого», ответил я и выругался про себя.

На кухне жена сделала чай. Прошло полчаса. «Не будем больше смотреть в глазок», - сказал я. «Не будем, - отвечала жена. – Если он придет, пусть позвонит и скажет, что ему надо. До того как лечь спать, мы несколько раз смотрели в глазок. Мужчины не было. Утром я сказал: «Если он появится – звони  в полицию. Потом мне. Никому не открывай». Я несколько раз звонил с работы домой. Жена отвечала, что все в порядке. Вечером дома она выглядела спокойной и расслабленной. У меня отлегло на душе. «Ну, - сказал я, вот видишь, это просто какой-то шутник случайно забрел к нам в дом. Больше он не придет». «Он придет», - произнесла жена без тени беспокойства. «Что ты говоришь! – поразился я. – С чего ты взяла?» - «Сегодня он приходил несколько раз». На пять секунд я был парализован. Наконец закричал: «Как? И ты молчишь? Почему ты ничего не сказала? Ты звонила в полицию?» - «Нет». – «По­чему?» - «Потому что он хороший». Она улыбалась. Но так, будто чему-то внутри себя. Разом несколько страшных мыслей бросились мне в сердце. «Это абсурд, - сказал я. — Что ты несешь! Ты просто со­шла с ума!» «Как ты сказал?» — Она смо­трела в упор. Я смягчился: «Ладно, завтра я не пойду на работу, Проведу день с то­бой. Посмотрим, что происходит».

До полудня ничего не происходило. После еды жена пошла в свою комнату и принесла красную ткань, принялась раскладывать ее на столе. «Что ты делаешь?» - спросил я. «Хочу сшить платье». Я не постигал этого нового поворота. Глупо ляпнул: «Зачем тебе платье?» Жена до­стала ножницы и резала материю кругами. «Что ты делаешь?» — «Это будет особенное платье». Потом села. Задумалась. Пошла в ванную. Через минуту я услы­шал сдавленный крик. Еще один. Я под­летел к двери. Толкнул. Заперто. Чего только не пронеслось в мозгу! «Что с тобой?» — вопил я. Я разбежался, выбил дверь. «Господи! Что это?» Жена сидела на краю ванной. Запястье левой руки в крови. Кровь была на полу. Валялись ножницы.
Врач был сух: «Ваша жена больна. Ду­шевное расстройство. Нужен специальный уход».

ГЛАЗОК По словам В. Финогеева

Найдем на левой руке линию влияния (рис. 4 – желтый, л. судьбы - синий). Линия пересечена глубокой и длинной попе­речной (рис. 4 - оранжевый). Вместе они образуют большую крестообразную форму. По традиции данный узор реализует негативные влияния одновременно Сатурна и Луны, что рассматривается как некоторая предрасположенность к психическим расстройствам у партнера. Тем не менее, что­бы делать выводы о выраженной симпто­матике, необходимо поискать усиления картины в виде дубликатов вышеозначен­ных неблагоприятных планетных влияниях. Мы их отыщем. У нижнего истока л. влияния замечаем две фигуры, репрезентирующие влияния Сатурна (рис. 4 - красный, зеленый). На рисунке 4 представлены негативные влияния Луны верхнего истока, л. влияния  - система ромбовидных фигур (красный). Временная ценность линии влияния для женщин 80 лет. Поперечная линия пересекает л. влияния чуть ниже се­редины. Таким образом, душевного кризиса стоит ожидать, когда партнеру исполнится 35-37 лет.
Владимир Финогеев

ЛЕЧИТЬ СУДЬБУ


ЛЕЧИТЬ СУДЬБУ
Владимир ФИНОГЕЕВ

Я благодарен всем, кто прислал письма-отклики на статью «По ту сторону случайной смерти» («Огонек» № 41). Писем очень много, и мне больно, что я не смогу ответить на все. Письма разные: письма-жизнеописания, письма-истории, письма-случаи, письма-размышления. Все, за исключением деловых предложений и просьб, удивительные, необыкновенные. Дело не только в том, что они о неповторимости человеческой жизни и путей в этой жизни. А потому еще, что в них — потрясающие рассказы о странных, загадочных, необычных происшествиях. Очевидно, что разговор о судьбе человеческой в неожиданном ракурсе, с непривычной точки зрения вскрыл целый пласт ранее не востребованного людского опыта, наблюдений, догадок. Время настало новое, великое. Со всех сторон хлынула информация, от которой дух захватывает. Во всех отраслях мы видим дружное наступление на тайну, и тайна отодвинулась и выпустила из-под коготочков целую вселенную, невидимую простому глазу, но живую, принимающую наши влияния и оказывающую свои. Она бьется, как прибой о берег клеток нашего тела. И она пронизывает нас. Мы сами сделаны из нее. Оттуда всегда черпали наши сердца, умы и ...ладони. А теперь и физические приборы и инструменты. И эти последние наконец реабилитировали первых.
Вот о чем рассказывают письма. И кроме того, они — поддержка начатого разговора.
Пришло только одно возмущенное письмо. Из Финляндии.
Упреки автора письма сводятся к следующему: как, узнав возраст своей смерти, человек может дальше жить спокойно? «Приведите мне хоть один пример человека, знающего о своей смерти и продолжающего плодотворно трудиться, строить планы на будущее, смирившись со своей судьбой». И далее: «...как вести себя матери, если она узнает от хироманта, что ее ребенок обречен?» И еще: «Объясните, как понимать, что ваши статьи сопровождаются фотографиями. Смотря на них, я обнаружила у себя и секущий треугольник, и множество крестиков именно в тех местах, где указано на фотографиях».
В своем концентрированном ответе я также постараюсь обозначить свое мнение по поводу высказываний ряда читателей, касающихся того, следует ли вообще помогать людям исправлять их негативную карму. Но сначала я хотел бы обратиться к нашей читательнице из Финляндии. Должен сказать, что ее вопросы и упреки не праздные. Они затрагивают несколько важных аспектов. Во-первых, меня самого охватывает тревога по поводу того, как именно понимается то, что мы пишем. Это письмо бьет в ту болевую точку, которая терзает каждого автора. В этой точке пересекаются необходимость объяснять все: каждую мысль, каждое положение, каждое сцепление положений и мыслей — и невозможность этого достичь в ограниченном текстовом пространстве. Кроме этого, мучит беспокойство, насколько внимательно будет прочитан текст, хватит ли у читателя терпения разобраться в сплетении мыслей и фактов. Весь пафос статьи «По ту сторону случайной смерти» как раз и заключался в том, что на руке изображена не судьба человека, а прогноз судьбы. Будущее не расписано и не разлиновано. Его еще нет. Судьбу еще надо сделать. На руке даны не будущие обстоятельства, а психофизиологические состояния, какими их видит наш мозг в будущем. Эти состояния показывают уровень реакции человека на внешние обстоятельства. Как теперь пишут: адекватный или неадекватный. Этот уровень наш мозг вычисляет на основе собственного знания нашего здоровья, характера, интеллекта, уровня образования и культуры, социального фона и прочее и прочее плюс знание своей кармы, плюс данные системы энергетического ответа, то есть системы так называемых пока сверхчувственных восприятий, плюс состояние механизма охраны, или, как я его называю, центра безопасности. Иными словами, на основе всего, чем мы располагаем и чего мы достигли к данному моменту. Но введите в мозг другие данные, говоря компьютерным языком, и он изменит, скорректирует прогноз. Зная свой прогноз, человек посредством духовной работы и разумностью своих действий может отменить неблагоприятные будущие состояния, улучшить свою судьбу. Мозг готов нам служить, если мы этого захотим.
Конечно, трудно на себя влиять, растить себя, образовывать себя, но тем слаще победа. Кто-то из великих сказал: если что-то удается слишком легко, то это никому не нужно. В Каббале, учении о Боге, человеке и Вселенной, сказано: человек не может есть «хлеб стыда», то есть хлеб незаработанный.
В предыдущей статье акцент был сделан на исполнившихся предсказаниях, но существует не меньше и таких, что не воплотились. Акцент был сделан, во-первых, для того, чтобы мы оглянулись и спросили себя, в каком мире мы живем и что происходит. Далее я предложил версию механизма считывания информации на расстоянии. Принцип дистантных энергоинформационных обменов позволяет объяснить не все, но многие предсказания. Например, в случае с Филиппом Македонским Оракул принял намерение Павзания, который уже поглаживал рукоять своей шпаги. И выход заключался не в том, чтобы уничтожать колесницы, а в том, чтобы умерить степень своего деспотизма. То есть проделать духовную работу. Тут возникает вопрос о приоритетах. Каждый решает его для себя сам и по-своему. В тех примерах, что я дал, люди погибли не только потому, что им было предсказано, что они погибнут. А потому, что они не смогли или не захотели воспользоваться предсказанием. Мог ли майор Джон Логан отвратить предсказание Кейро? Видимо, мог, он и сделал это — продал конюшню. Верно, он мог догадаться, что война — дело серьезное, и не ходить на нее. Что бы он при этом сказал: я не пойду на войну, потому что меня могут убить? Ему бы ответили: вы правы, на войне убивают. Что делать? Бежать, скрыться, дезертировать? А обязательства, долг, честь? Майор сделал свой выбор. Мы, зная все обстоятельства, можем оценить его мужество и его доблесть. Есть такой афоризм: человек непобедим, потому что он смертен. Это афоризм о приоритетах. Здесь в парадоксальной форме предстает мысль о бессмертии духа и о его победе над телом. Когда Тразею уговаривали сделать уступки Нерону, он ответил: неужели для того, чтобы продлить свою жизнь на несколько дней, я унижусь до такой степени? Нет, смерть есть долг, и я хочу уплатить его, как свободный человек, а не как раб. Тразея был непобедим. Иисус был непобедим.
Не всем матерям предсказывают (оставим до поры это слово), что их дети обречены. Как не все заболевают раком. Но как должен поступить врач, обнаруживший у пациента опухоль? Промолчать? Скрыть из нежелания огорчить человека? Но мы видим, что врачи поступают иначе. Они лечат человека. Они пытаются его спасти. И многих спасают: рак излечим на ранних стадиях, говорят они. И разве это вмешательство в тело не означает вмешательства в судьбу? А разве мы сами не остановим человека, готовящегося ступить на мостик через пропасть, зная, что тот не выдержит его веса? Будем равнодушно взирать, как человек скроется под обломками? Значит, судьба, скажем мы?
Как же поступить хироманту, обнаружившему опасный знак? Похлопать по плечу и сказать — все в порядке? Или пожать руку, обнять на прощание и объявить приговор? Или предупредить об опасности и предложить систему защитных мер? Очевидно одно: предсказание неправомерно. Во-первых, потому, что проекция будущих внутренних состояний и частично внешних обстоятельств выполнена мозгом на базе данных, имеющихся к моменту анализа руки. При изменениях информации будет меняться и проекция. Во-вторых, предсказывая, прорицатель лишает человека свободы, которую сам Бог не пожелал у него отнять.
Главное назначение хиромантии — помочь человеку вылечить свою судьбу. Дать ему шанс стать лучше. Вопрос в том, насколько это возможно, если речь идет о случайной смерти. А точнее, о дисфункциях центра безопасности. Факты говорят, что есть люди, которые умерли, имея знаки полных расстройств центра, и есть люди, которые не умерли, имея такие же знаки,— я писал об этом в сорок первом номере. Следовательно, такая возможность есть. Теперь о противодействии подобным нарушениям.
Вы спрашиваете, разве можно бороться с судьбой, с одной стороны, постом, смирением и молитвой, с другой — волей, мужеством и решительностью? Нет ли тут противоречия — как соединить лед и пламень? Я думаю, что дело в том, что круг сил, участвующих в работе центра безопасности, весьма широк. Мы должны взять человека во всем его многообразии. Во-первых, генный уровень, поскольку нарушения могут быть получены через наследование вредных генов от родителей. Во-вторых, уровень физиологии, где дисфункции могут быть результатом воздействия неблагоприятных факторов внешней среды. В-третьих, психический мир человека в его сознательной и подсознательной сферах. Какие-либо непродуманные, несправедливые, агрессивные поступки могут нанести вред как непосредственно телу, так и механизму охраны, а в подсознательной сфере может действовать стремление разрушить тело. В-четвертых, энергетический уровень, куда, очевидно, войдет карма, а также воздействие различных излучений, космических и земных, как естественных, так и искусственных, например, промышленных, которые я ранее причислил к малосознательным силам. Наконец, духовный элемент, включающий особые отношения (то есть веры) человека с Творцом и духовными субстанциями. Человек состоит из множества компонентов. Все связано меж собой, и один элемент переходит в другой, и на каждом уровне свои системы ценностей и свои методы. Вот почему в борьбе с внешними обстоятельствами, внутренними слабостями, дурными наклонностями и на энергетическом уровне нужны решительность и воля, а при общении с Богом — другие качества и средства.
Таким образом, хиромантия, которой занимаюсь я, другая. Она не делает предсказаний, она анализирует признаки и составляет прогнозы, которые означают лишь приближение к вероятности. Многим она может не понравиться, поскольку не дает готовых указаний или рецептов. Она лишь высвечивает благоприятные или неблагоприятные состояния и в большинстве случаев ставит человека перед выбором, который он должен сделать самостоятельно. Она предполагает и побуждает человека к активному воздействию на судьбу. Она делает упор на творческом созидании жизни.
Хиромантия сложна, в ней много аспектов и проблем, описать которые можно лишь в толстом труде. И как нельзя стать врачом, читая медицинские журналы, так же и не следует ставить собственный диагноз по чужому отпечатку. Тем более по фотографии этого отпечатка. Еще раз прошу всех, кто нашел у себя секущий треугольник, внимательно прочесть текст под фотографиями. Кроме основного знака и ряда второстепенных признаков, нужен еще глаз профессионала, реагирующий на нужное, поэтому я советую тем, кто все-таки сомневается, обратиться к хироманту или прислать в редакцию отпечаток.
В заключение, как я обещал, предлагаю вашему вниманию несколько интересных случаев, рассказанных нашими читателями. Теперь, зная о центре безопасности, дистантных энергоинформационных обменах, вы сами сможете заключить, что стоит за этими странными историями.
Теперь о главном. В этом номере мы объявляем о начале эксперимента. Для участия в нем вам надо будет прислать в редакцию отпечатки обеих рук и первых фаланг всех десяти пальцев. Отпечаток каждой руки следует сделать на отдельном листе, на этом же листе, внизу, следует выполнить отпечатки пяти пальцев данной руки, поставить свою подпись и число. На оборотной стороне каждого листа напишите свою фамилию, имя и отчество, дату рождения. Там же укажите по каждой руке отдельно размер ногтей по параметрам: длинные, нормальные, короткие. Для того, чтобы определить, какие у вас ногти, разделите первую ногтевую фалангу пополам, глядя на нее чуть сбоку. Если ноготь больше половины, то он длинный, если меньше, то короткий, если посредине, то нормальный. Затем постарайтесь определить, к какой геометрической фигуре он тяготеет — к квадрату, овалу, прямоугольнику, треугольнику. Долго не рассматривайте, просто бросьте взгляд и пишите, что первым придет на ум. Затем укажите общий цвет ногтей по тонам: красный, розовый, медный, белый, голубой, коричневатый, зеленоватый, серый, темно-серый.
Как сделать отпечаток:
1. Выдавить немного специальной типографской краски на кусок стекла или оргалита.
2. Раскатать валиком (можно использовать валик для фотокарточек) равномерно, так, чтобы на валике образовался ровный тонкий слой краски.
3. Нанести краску на ладонь и пальцы, двигая валиком только в одном направлении. Либо снизу вверх, то есть от основания кисти к пальцам, либо, наоборот, от пальцев к кисти.
4. Затем сесть и плотно и твердо опустить ладонь на заранее приготовленный лист бумаги, под который подложена ровная ткань или мягкая резина. Другой рукой сильно прижать пальцы, особенно у основания, надавить на кисть так, чтобы центр ладони вошел в достаточный контакт с бумагой.
5. Придерживая бумагу, плавно отвести ладонь и пальцы.
6. Проверить качество отпечатка. При образовании пустот, деформаций переделать.
Для эксперимента я отберу сто наиболее качественных отпечатков.
Все эти отпечатки будут проанализированы. Анализ и прогноз будут высланы владельцам. Через полгода просим прислать в редакцию небольшую информацию о совпадении или несовпадении прогнозируемых событий с реальными.

Жизнь в зоне жизни

 

Жизнь в зоне жизни.

«Познакомились с будущим мужем за полгода до войны, Великой, Отечественной.
Сегодня уже надо добавить, а раньше было понятно, какой войны. За три месяца поженились. За месяц выехали в летние лагеря - он был военным, мы жили в военном городке под Москвой. Нам дали домик, маленький, продуваемый, летний, но нас тогда это не волновало - главное вместе и без соседей.
Сразу, как по радио пришло сообщение, он собрался и ушел. Вернулся ночью. Сказал: «Завтра - на фронт».
Утром рано взял вещмешок, мы простились, и он вышел. Мне казалось ненадолго. Думалось, скоро увижу. И он так считал, не надолго, мол, ждать. Сижу дома, объявляют, чтобы не выключали радио, потому, что будут сообщать, что делать. Через полчаса, может, девчата - офицерские жены - целой толпой ввалились в комнату. Мы давай друг другу рассказывать, кто что знал. Потом Зина, она отчаянная была, говорит: «Побежали, мужей проводим», хотя нам это запретили. Мы со всех ног под командованием Зинки несемся к месту, откуда их отправляли. Там оцепление из солдат - не пускают. Мы в обход, через песок пробрались и - к машинам. Нашла я своего Колю, но стал делать знаки, чтобы, мол, не подходила. По лицу догадываюсь, неудобно ему, что жена приказ нарушает. Молодые были, глупые, а он только первое звание получил. Стою поодаль.
Сели они в машины, повезли их, сердце екнуло, что как не вернется, хотя до этой минуты чувствовала, что не могут его убить. Слезы текут, ничего не могу с собой сделать. Тут другие бабоньки появились, все ревут.
Через месяц получила от него весточку. Потом нет и нет от него писем. Полгода проходит. Ничего не знаю, где он, что с ним. Вдруг извещение - пропал без вести. Я спокойно это приняла, но в груди все задрожало. Потом приходит похоронка, мол, убит, пал в бою таком-то. Я не верю. Разрываю на мелкие кусочки в ведро. Прилепилась к тому, что без вести пропал, а значит - жив. Приходит еще одна похоронка. Я ее туда же. Больше не приходило.
Война закончилась. Победа! Радости было! Мужья возвращаются. Моего нет. А до этого, после похоронок ко мне стали свататься, и родня - подруг то не было, всех эвакуация разметала - настаивала: выходи, мол, замуж. Но я говорю: «Нет, жив». «Какое жив! - кричат. - после двух похоронок-то?» - А я говорю: «Нет, не выйду замуж».
Вдруг письмо в ноябре 45-го от мужа. Пишет, что был в плену. А теперь в каком-то лагере. Я собралась - и туда. Отпустили его, и мы вместе вернулись домой. Стали жить, работать. Однажды приехали за ним ночью и забрали. Передать не могу, что со мной сделалось. Наутро вернулся, говорит: «Просто проверка, бывших пленных проверяют» Так еще пару раз было. Как-то забрали, а наутро он не пришел. Я - в органы. Что, как, где? Мне следователь говорит, мол, засудят его, как врага народа, но потом наклонился ко мне и говорит тихо: «Делу можно помочь» и глаза делает многозначительные. Я поняла и понеслась за деньгами. Не домой - дома денег нет. Собрала по знакомым триста рублей. И назад. Вхожу, кладу сверток следователю на стол. Тот развернул, посмотрел, вызвал милиционера и говорит: «Арестовать ее, она мне взятку предлагает». Меня в камеру. А к этому времени муж мой, оказывается, давно дома был и меня поджидал. Его отпустили. А я в тюрьме. Нашли мне адвоката. Та говорит: «Этот следователь никогда меньше тысячи не берет, а ты ему триста. Вот он и завел дело. Ну, если он такой подлый, то и ты ни в чем не признавайся, говори: деньги для мужа несла, и на обертке, мол, было написано: «передать мужу» и фамилия».
Суд оправдал меня. Вернулась домой. С тех пор никогда с мужем не разлучались. Прожили тридцать девять лет вместе».

Жизнь в зоне жизни По словам Финогеева

По индийским наблюдениям, если линия здоровья соединяется с линией привязанности или, иначе, линией Брака, то отношения, связь с мужем (или женой, если рука мужская) являются для данного лица самой важной, самой ценной, самой дорогой частью жизни.
Такой, как само здоровье.
Вилка с мощной восходящей ветвью свидетельствует о будущем вдовстве и отказе от самой мысли нового замужества.
Однако толкование не является однозначным.
При других показателях, например дефектных или отсутствующих линиях влияния в зоне Венеры, которые выражают стабильность связи, или других указаний на несчастливый брак, данный рисунок трактуется как:
а) хотя брак не состоялся, жена не может уйти от мужа, в силу того, что ее материальный статус полностью зависит от мужа.
Или она думает, что зависит.
Если это мужская рука, то он не оставляет жену из-за карьерных или профессиональных интересов, хотя материальные соображения тоже могут иметь место;
б) партнер может стать причиной или толчком к началу каких-то заболеваний у обладателя знака;
 в) страсть к партнеру так велика, что может заболеть от любви.

Берегите жизнь с детства

Берегите жизнь с детства.

Боль и страх смерти стоят на страже жизни. Но есть люди, которые добровольно уходят в мир иной. Почему они это делают? Причин и мотивов много. Стоики кончали с собой из принципиальных, философских соображений, хладнокровно и методично. Романтики — в порыве страсти, вызванной крушением иллюзий. Спартанец предпочитал смерть утрате свободы. Римлянин уходил от позора. Суицид совершали из верноподданнических чувств, как в Японии. Иногда обстоятельства принуждают к самоубийству. Тяготы жизни становятся страшнее смерти. История помнит времена, когда самоубийства совершались на «законных основаниях»: так группа лиц, облеченных властью, вынесла такой приговор Сократу. Нерон повелел Сенеке покончить жизнь самоубийством. Но вскоре он сам прошел той же дорогой, только менее достойно, чем его учитель.
Когда человек пытается совершить собственное убийство и ему это не удается, он может поделиться переживаниями о случившемся. Скажем, Максим Горький после неудачной попытки признался, что выстрелил в себя от отчаяния и безысходности. Если же самоубийство произошло, то мотив покрывает тайна. Можно бесконечно гадать, почему «Маяковский лег виском на дуло».
Мой друг детства был женат на красавице, у них родилась дочь. Он был и умен, и хорош собой. И вот однажды, под старый Новый год, он перехватил шею веревкой и свел счеты с жизнью. «Почему?» — обратился ко мне его отец. Неизвестно. Одно несомненно: самостоятельно уходят из жизни под влиянием сильного чувства. Но, чтобы прыгнуть в бездну, нужно еще кое-что.
Не хватает крохотного, незаметного толчка. Микроскопической гирьки, склоняющей чашу весов в пользу смерти. Этим скрытым фактором является склонность к самоубийству. Будто дремлющий в некой глубине стрелочник просыпается и в нужный момент переводит энергию души и тела на самоуничтожение.
«Если бы я только знал, что она способна на такое, — сказал мне отец семнадцатилетней девушки, покончившей с собой вследствие неразделенной любви, — не отпускал бы от себя ни на шаг. А время все лечит». И он прав. Участие и поддержка в трудную минуту помогают таким людям жить дальше.

Существуют специальные психологические тесты, позволяющие выявить суицидальный синдром.
Руки предлагают свой метод.
Найдите на цветной схемке руки знак под N 288.
Это крест на первой фаланге среднего пальца.
Если он глубокий, ясно заметный и отдельно стоящий, можно делать вывод об имеющейся склонности к самоубийству.
Чтобы это действительно произошло, необходимы дополнительные признаки нарушения системы самосохранения, с частью которых вы уже познакомились в предыдущих публикациях.
Глубокие рисунки и на правой, и на левой руках выражают постоянно присутствующее стремление, которое дает о себе знать всякий раз, когда образуется «благоприятное» стечение обстоятельств.
Размер имеет значение.
Чем знак больше, тем сильнее склонность.

Берегите жизнь с детства
Мелкие поверхностные путаные крестики говорят о минутных, быстро проходящих желаниях.
Тем не менее такие люди нуждаются в психологической помощи.
Взгляните на реальный знак на реальной руке (рис. 3—4).
Эта молодая девушка впервые испытала сильное притяжение к смерти в возрасте 8 лет.
Ей показалось, что ее никто не любит, она никому не нужна, что она одинока и заброшена.
Не будем говорить о людях, достигших зрелости.
Они вправе решить, как им обойтись с собственным телом.
Но средние пальчики детей надо просматривать.
Крестики на первой фаланге «просят» родителей воскресить забытое или слишком глубоко скрытое чувство любви.
Только это чувство способно по-настоящему решать проблемы и стирать кресты на руках.

 

Дополнительная информация